Дистанционная работа и удаленка: в чем разница?
Профактив Челябинской области обсудил новый законопроект с депутатом Госдумы РФ Михаилом Тарасенко
Председатели областных и первичных профсоюзных организаций, профактивисты встретились с 1-м заместителем председателя Комитета Госдумы РФ по труду, социальной политике и делам ветеранов Михаилом Тарасенко.
Встреча проходила в Законодательном собрании области, в ней принял участие депутат Госдумы от Челябинской области Дмитрий Вяткин. В роли спикера выступил председатель областной организации ГМПР Юрий Горанов. От профсоюза металлургов и горняков также участвовали профлидеры предприятий Айдар Сафиуллин (ЧМК), Олег Дегтярев (ЧЭМК).
Предметом разговора стал законопроект об удаленной и дистанционной работе, внесенный на рассмотрение Госдумы. Михаил Тарасенко рассказал, как появился законопроект, об участии и роли профсоюзов в его разработке.
Идея законопроекта об удаленной и дистанционной работе возникла из-за необходимости легитимизировать сложившуюся в условиях пандемии практику по удаленному труду, т. к. при ее применении появилось много злоупотреблений. В настоящий момент законопроект внесен в Госдуму. Он содержит нормы, касающиеся рабочего времени и отдыха удаленных работников, регламентирует типы дистанционной занятости, основания для их применения, порядок взаимодействия работника и работодателя. Многие отмечают, что законопроект разрабатывался спешно, авторы фактически приравняли дистанционный и удаленный труд.
Профсоюзы достаточно жестко поставили вопрос – никакого знака равенства между удаленным и дистанционным трудом быть не может. Это разный характер труда. Дистанционный труд – это фрилансеры, это штучный товар. А удаленный труд – это иное. Когда пришла пандемия, экономист, который сидел у себя в кабинете, выполняет ту же самую работу, но у себя дома, а связь с работодателем обеспечивает по телефону. При удаленном труде, если ты логист или диспетчер, ты должен работать так, как работает коллектив. А фрилансер сам определяет режим рабочего времени. Но он тоже должен быть четко прописан.
На заседании рабочей группы экспертов и профсоюзы, и работодатели, и представители Минтруда согласились, что нужно развести удаленный труд и дистанционный и отдельно прописать удаленку как самостоятельную форму организации труда.
Почему возникла спешность в разработке законопроекта (работа над ним началась после 1 мая)? Михаил Тарасенко пояснил, что важно принять законопроект об удаленной и дистанционной работе в первом чтении в весеннюю сессию, иначе можно получить альтернативный – правительственный вариант, в основе которого будет идеология работодателя: ничего менять не надо, только по минимуму, а все остальное прописать в трудовом договоре.
– С согласия всех членов рабочей группы мы договорились снять все противоречия, и ко второму чтению в законопроекте будут разведены понятия удаленного и дистанционного труда, – подчеркнул Михаил Тарасенко. – Для профсоюзов это самый главный и принципиальный момент.
В ходе встречи состоялось обсуждение законопроекта. Как отметили участники, в теме много неопределенностей и нюансов, которые нужно учесть. Например – как контролировать в условиях удаленки режим труда и отдыха. Этот вопрос задал Айдар Сафиуллин. Предложения областной Федерации профсоюзов переданы депутату Михаилу Тарасенко.
Представители профсоюзов также обратились к Михаилу Тарасенко с предложением о разработке законодательной инициативы о распространении механизма присоединения работодателей к соглашениям на региональном уровне (по аналогии с ОТС) для принятия закона о социальном партнерстве в Челябинской области.
Участники встречи также обсудили новый резонансный законопроект о профессиональных союзах (подготовлен Законодательным собранием Санкт-Петербурга), возможность наделения профсоюзов правом законодательной инициативы.
